Из «армии безвестных» ещё не вернулся...

Рассказ про поиски фронтовика Фёдора Григорьевича Колясникова из села Кондинское.

Радоваться или сомневаться?

Из села Кондинское к нам в редакцию обратилась Антонина Фёдоровна Аранчихина. Женщина рассказала, как через многие десятилетия она узнала, где увековечено имя её отца, Фёдора Григорьевича Колясникова, пропавшего без вести в годы Великой Отечественной войны.

- Мне 85 лет, - говорит Антонина Фёдоровна. - И все эти годы я не знала, где погиб мой папа, Григорий Колясников. Ещё при жизни мамы, Александры Степановны, мы не раз писали в разные инстанции, делали запросы в военкомат о судьбе моего отца и её мужа. В 1947 году нам пришло извещение из военкомата, в котором было написано, что Колясников Фёдор Григорьевич пропал без вести. Больше никакой информации: не места, где служил, не указания территории, где он пропал, ни года, когда потеряна с ним связь. Уже намного позднее в областной Книге памяти в шестом томе сделали запись: «Колясников Фёдор Григорьевич, род. 1910, с. Кондинское. Призван в армию 1941 г. Мехонским РВК. Красноармеец. Был в последнем бою в августе 1945 г.». Не так давно поиском деда через соцсети  занялась моя дочь Людмила. На её обращение откликнулся Антон Плескачёв. После некоторой переписки и уточнений Антон нашёл  место, где увековечен мой отец — Херсонская область, Нововоронцовский район, с. Петропавловка. Он даже выслал список фамилий, кто увековечен вместе с ним. На плите в фамилии отца допущена одна ошибка, вместо буквы «я» написана буква «е». То есть вместо «Колясникова» стоит фамилия «Колесников» Фёдор Григорьевич. Кстати, и у меня до замужества в паспорте стояла фамилия «Колесникова». Сначала мы все обрадовались этому известию, а потом подумали, может, это не мой отец, а другой солдат. Из публикаций в газете «Сельская новь» знаем, что корреспонденты часто помогают в поиске пропавших без вести бойцов. Может, и нам помогут точно установить, наш ли там папа отмечен или нет?

Будем надеяться и помнить

Мы бы тоже хотели вместе с Антониной Фёдоровной и её родными порадоваться, что через столько лет стало известно место, где погиб их близкий человек. Но наш опыт работы с архивными документами Министерства обороны, другими источниками свидетельствует о том, что любую информацию надо перепроверять не на один раз. Да, ошибок в документах того времени очень много: и в фамилиях, и в адресах, и годах рождения. Но при внимательном изучении информации на разных сайтах, плюс, если есть личные сведения из семейных архивов (фотографии, похоронки, солдатские письма и т. д.), то истину найти возможно. Главное, не делать поспешных выводов.

Вернёмся непосредственно к нашему солдату. На сайте «ОБД Мемориал» по запросу «Колесников Фёдор Григорьевич» появилось 45 полных тёзок! Все эти бойцы в разные годы Великой Отечественной войны погибли, либо умерли от ран в госпиталях, плену, либо числились без вести пропавшими. Ещё больше (80 человек) полных тёзок «Колесников» мы нашли на сайте «Подвиг народа». Здесь даются сведения о награждениях бойцов различными орденами и медалями. Конечно, многие из тёзок повторяются несколько раз, так как за свои подвиги награждались неоднократно. Проанализировав полученные данные: годы рождения, места призыва на фронт, мы нашли Колесникова Фёдора Григорьевича, который увековечен в Херсонской области (во время войны это была Николаевская область). К сожалению, он не наш земляк. Этот боец уроженец с. М. Токмак Ореховского района   Запорожской области. Мы нашли информацию о его семье и воинском подразделении, где он воевал.

А по запросу фамилии «Колясников Фёдор Григорьевич» на разных сайтах выходил только один человек. Он и является отцом А.Ф. Аранчихиной и, к сожалению, до сих пор числится без вести пропавшим, как и многие сотни тысяч других советских военнослужащих, сложивших головы в пекле Второй мировой войны. Но расстраиваться не надо, ведь все они для нас герои, отдавшие самое ценное для будущего мира — свою жизнь. Всегда должна оставаться надежда, что имена солдат не канут в лету, а будут известны. Ведь каждый год поисковики находят в архивах, в экспедициях на местах сражений тысячи всё новых и новых имён солдат-освободителей. А в православных храмах ежедневно звучат слова молитвы: «Прими Господи с миром души воевавших за благоденствие наше, за мир и покой наш, и подаждь им вечное упокоение, яко спасавшим грады и веси и ограждавшим собою Отечество, и помилуй павших на брани воинов Твоим милосердием...».

«Золотые руки» на серебро не купишь

Не могли мы не расспросить Антонину Фёдоровну о её жизни во время войны и после. Ведь она относится к поколению «дети войны». Ведь людей, помнящих и переживших военное лихолетье, остаётся всё меньше и меньше. Они, как связывающая нить с будущими поколениями. Через каких-то 10-20 лет о том времени можно будет узнать только из книг…

- Моя малая родина — деревня Могилёва, - начала свой рассказ Антонина Фёдоровна Аранчихина. - Жили мы дружно, все рядышком: бабушка Устинья, дяди Михаил, Яков и мой отец Григорий с мамой Александрой. Родилась я 7 мая 1937 года. А когда началась война, всех наших мужчин призвали на фронт. Изба у нас старая, худенькая была. Помню, рамы одинарные зимой льдом покрывались до самого верху. Я часто и сильно болела, жили мы очень плохо. Мать свою я почти не видела, она с утра до вечера в колхозе работала. Хлеба почти не было, питались с огорода, что вырастет. Весной-летом всякую полезную траву кушали во всех видах, корни камышовые с озера приносили и ели. Мама всю войну не попускалась коровы-кормилицы, на ней возили дрова, тальник, берегли её… После войны лучше не стало, голодно жили. Те семьи, у которых отцы пришли с войны, хоть и были многие искалеченные, жили намного лучше нас. Одна радость - дяди с фронта вернулись. А вот отец наш так и остался до сего дня не «живым» и не «погибшим». Казённая формулировка в извещении «пропал без вести» лишила нашу семью всякой помощи от государства, которое и призвало его на защиту страны. Если для родины он «пропал», то для нас он всегда оставался и остается в наших сердцах, в нашей памяти.

Но жизнь продолжалась, и надо было выживать, работать, стараться не очерстветь душой в этой круговерти. Круто наша жизнь изменилась с одним событием. К нам в деревню из Ольховки приехала семья пимокатов. Вскоре жена в ней умерла, оставив троих детей. Моя мама приняла деток в нашу избу вместе с отцом. Так и вырастила, воспитала совсем чужих детей. После 7 класса мы переехали в Ольховку, где я устроилась учеником на работу в промартель «Искра», где шили разную одежду. Научилась шить телогрейки, одеяла, затем стала заказы принимать. Руководство направило меня в Свердловск учиться на закройщика. И вот более сорока лет я отдала швейному делу. Всё шила: от сорочки до пальто, даже ковры ткала. А скольким знакомым пошила тёплые бурки, рукавицы. Трудилась закройщицей,  швеёй, мастером цеха. Активно участвовала во всех общественных делах, жизни трудового коллектива и художественной самодеятельности. Много поощрений за эти годы имела, была победительницей соцсоревнований, ударницей пятилеток, много почётных грамот получала и званий удостаивалась, например, «Мастер золотые руки». Но все эти награды сейчас никому не нужны. В соцзащите говорят: «Для звания «Ветеран труда» надо «московскую» награду». А при моей жизни ни один сапожник, ни одна швея таких наград не получали. Вот и осталась я без всяких льгот. Живу сейчас одна, дочь с внучками в Печоре живёт — Республика Коми. Кругом ни одной родной души, благо, социальный работник ходит, помогает мне во всём. Но я не унываю, войну пережила и с новыми трудностями справлюсь. Вот только б здоровье не подводило...     

… Война многого лишила подрастающее поколение той поры. Можно сказать, ни детства, ни его самых радостных сторон и моментов они не видели. В глубоком тылу жизнь была на грани выживания, лиха труженики тыла и их дети испытали немало. Хоть и не было у нас грохотов и разрывов от бомб, авианалётов, тем не менее всех, кто ковал Победу в тылу, надо считать такими же героями и победителями, как и участников войны. Ведь без надёжного тыла фронт бы не выстоял. Как и их отцы исполнили свой воинский долг до конца, так и они вместе со всей страной внесли свою лепту в Победу, в восстановление народного хозяйства, а затем построили супердержаву, которую уважал (а кто-то и боялся) весь мир. И не их вина, что сегодня былое могущество страны снова под вопросом. Сейчас уже мы своими делами должны доказать, что достойны памяти своих героических предков.

Сегодня точной цифры пропавших без вести советских военных нет. Это число у разных исследователей колеблется от 3,4 млн до свыше 7 млн человек. В каждой Книге памяти в регионах РФ половина погибших бойцов числится пропавшими без вести. Потомки чтят всех, кто сложил свои головы. В калужской деревне Кузьминичи, где шли кровопролитные бои, в 2020 году установлен памятник без вести пропавшим воинам на фронтах войны.

 

 

Комментарии

В День Победы ветераны ФСБ встретили на родине руководителя советской внешней разведки Павла Фити

Фотогалерея к 35-летию завершения боевых задач 40-й армией в Афганистане.

Все новости рубрики Ветераны