​Сто лет спустя...

Рассказ о трагических событиях времён Гражданской войны, происходивших на территории района.

Статьи в районной газете «Не подлежит забвению», «Об этом нужно помнить», где поднят вопрос о восстановлении исторической справедливости по отношению к погибшим в годы Гражданской войны, как со стороны белого движения, так и приверженцев советской власти, вызвал отклик читателей. Дети, внуки участников тех трагических для России и нашего края событий предоставили в редакцию воспоминания, фотографии своих дедов, отцов.

 

Внук о погибшем деде

Первым в редакцию пришёл Александр Ильич Сунгуров из райцентра. Он не только поделился тем, что рассказывала ему мама, которая была прямым очевидцем кровавой расправы над её отцом, другими односельчанами в феврале-марте 1921 года, но и свозил журналистов «районки» в д. Помалова к братской могиле погибших коммунаров. Сегодня д. Помалова – одна из вымирающих деревень нашего района. Когда-то здесь кипела жизнь, трудились люди, звучали звонкие голоса детей, бегущих купаться на речку. Был крепкий колхоз, не большой, но сплочённый коллектив. Прошли те времена, исчезла та страна... Сейчас здесь время как бы остановилось. На тихих, заросших конотопкой улочках редко можно увидеть людей. Зато разная живность — курицы, поросята, собаки, чувствуют себя вольготно. Картина умилительная, прямо на ходу делаю несколько фотоснимков. Двигаемся дальше к памятнику погибшим коммунарам. Он расположен в центре деревни, хотя сейчас это очень условно. Несмотря на «возраст», советский «пирамидкой» обелиск выглядит достойно. Он огорожен штакетником, снизу покрашен зелёной краской, сверху побелен, рядом одинокая кудрявая берёзка. Жаль, фамилии на обелиске не сохранились. Сегодня мы точно знаем, что здесь покоится прах Егора Ивановича Вахрушева, деда А.И. Сунгурова. Вот что рассказал о том времени Александр Ильич:

«В молодые годы моя мама, Клавдия Егоровна, часто рассказывала про события крестьянского мятежа 1921 года, в котором пострадали многие земляки, в том числе был убит её отец, Егор Иванович Вахрушев. Он 4 года воевал на фронтах Первой мировой войны. В конце войны в стране начались революционные волнения, большевики выступали против продолжения империалистической войны. В армии стали создаваться советы солдатских депутатов, началось разложение дисциплины. Именно в это время Егор Вахрушев увлёкся социал-демократическими идеями, вступил в партию ВКП (б). А после демобилизации он вернулся в родную деревню и был одним из первых, кто устанавливал советскую власть.

В 1920-1921 годах по стране стали вспыхивать крестьянские восстания против экономической политики большевиков, а именно, за введение продразвёрстки. У крестьян подчистую забирали все зерновые запасы, даже семенное зерно, предрекая их семьи на голодную смерть. Такой мятеж вспыхнул и в нашем крае. Маме было 14 лет, и она хорошо помнит, как в село приехали бородатые всадники с пиками, шашками, огнестрельное оружие было не у всех. О мятеже помаловцы узнали от жителей д. Ирюм, где восставшие уже расправились с коммунарами, не пожалели даже детей — вырезали весь детсад коммуны, только одна девочка спаслась (спряталась под кровать, она дожила до старости). Егор Вахрушев прятался у родственников в Ирюме, а когда начались обыски, они его попросили уйти. Он вернулся в Помалову и сказал жене: «Умирать, так вместе». Днём отсиживался в гумне в огороде, а ночью приходил домой. В один из дней всех жителей стали созывать на сходню к церкви. Там Егора Ивановича вместе другими сочувствующими советской власти арестовали и увезли за д. Саломатову. Через несколько дней началась стрельба, и в село влетела красноармейская конница, которая выбила мятежников из близлежащих деревень. Отец Егора Иван на лошади поехал искать сына, нашёл поле всё затоптанное конскими следами. Из-под снега торчали трупы убитых коммунаров. Некоторые тела были изрублены шашками до неузнаваемости. По рубашке отец опознал убитого сына, у которого голова была разрублена накрест. 18 тел привезли в Помалову, оттопили брошенный кулацкий дом и там поместили убитых. Мама рассказывала, что им, детям, было интересно посмотреть на погибших. Когда тела оттаяли, то в доме начались громкие стуки: у кого рука упадёт на пол, у кого нога. Особенно запомнилось, что среди убитых мужчин лежала одна сильно тучная женщина, тело которой было всё истыкано пиками. Затем всех уложили в гробы, которые оббили красной материей. Несколько дней погибших не хоронили, ждали оркестр. Потом приехали солдаты, выкопали возле церкви большую могилу и там торжественно с речами, музыкой и оружейным салютом похоронили убиенных. Позже на этом месте установили памятник. На месте церкви построили школу, разбили сад. Ученики сюда приходили в праздники, возлагали цветы, здесь принимали в пионеры. Первоначально на одной из сторон обелиска было написано несколько фамилий (не все погибшие были из Помаловой, да и лица у некоторых были обезображены). Затем началась перестройка, гласность, малые деревни стали неперспективными. Постепенно закрылась школа, детсад, а затем и все остальные объекты так называемого соцкультбыта».

 

«Белые грабят, красные грабят»

Своими воспоминаниями столетней давности из рассказов отца, Антипы Ивановича Вяткина, поделилась жительница с. Самохвалова Клавдия Антиповна Дубовик:

«Летом 1919 года армия Колчака проходила по нашим местам. Всех мужчин призывного возраста насильно забирали на службу в белой армии, даже стариков брали в обоз. Моему папке в ту пору как раз 20 лет было. Он прятался в лесу, чтобы его не забрали. Сёстры ему еду в лес носили. А когда белые ушли, в деревню зашёл Путиловский полк красноармейцев, и снова началась добровольно-принудительная «призывная» кампания. Отец ушёл с полком воевать на Восток, служил в кавалерии целых 9 лет! Воевал он и на Дальнем Востоке, долгое время устанавливал советскую власть в Монголии. Дома его уже и не чаяли увидеть живым. А он приехал да ни один. Женился в Монголии на интеллигентной и образованной девушке Серафиме. Она у нас в д. Помалова учительницей работала. Деревенских труда и забот она не знала, поэтому пришлась не по душе родителям Антипы. Пришлось им расстаться. Отец много рассказывал про свою военную службу. В армии он вступил в партию большевиков. Однажды с товарищами попал в плен к белым. У кого были партбилеты, так они их съели, но это не помогло. На следующий день их раздели и повели расстреливать. Спас случай. Рядом проезжали белые кавалеристы, один из них остановился и бросился к пленному — это был его родной брат. Он упросил конвоиров не расстреливать красных, а отдать их в работники к богатым мужикам. Оттуда через некоторое время отец убежал и вновь вернулся в красную армию.

После возвращения домой он работал председателем колхоза в д. Чёрной до самой Великой Отечественной войны. Как руководящему работнику ему дали бронь, но весной 1942 года всё равно призвали на фронт. Летом 1944 года был тяжело ранен в левое предплечье. Фашистский лётчик устроил охоту на него. Спасла воронка, наполненная водой. Отец уже раненный нырнул в неё и долго не показывался. Потом было лечение в госпиталях и вердикт врачей: «Не годен к военной службе». После войны отец женился на моей маме, Марьяне Фёдоровне, и они переехали жить в Помалову. Из всех детей сегодня осталась я одна. Отец умер в 1969 году. Он был видным партработником района. Когда они были живы с матерью, то рассказывали и про мятеж. Например, моих родственников по материнской линии — братьев Ядрышниковых почти всех красные изрубили шашками на куски. Они не в каком мятеже не участвовали, держали крепкие середняцкие хозяйства. А произошло всё из-за мести местного лодыря-алкаша. Ещё до революции один из братьев ехал на лошади по мосту, а тот шёл пьяный, и чтобы не стоптать, ударил его плетью. А когда пришли красные, он вспомнил обиду и наговорил про них напраслину. Из братьев случайно уцелел только Евстигней (шашка по голове прошла вскользь), а всего вместе с ними убили 17 человек... Много тогда пострадало людей, которые были и за белых, и за красных. С одной только разницей: погибших коммунаров хоронили с почестями, памятники потом установили, за могилами ухаживали, а других зарыли безымянно в ямы. Хотя сейчас время всё стёрло, нынешние поколения не знают ни тех, ни других».

 

Без прошлого нет будущего

Далёкие события гражданской войны «благополучно» забылись вместе с героями и их убийцами. С одной стороны этот процесс закономерный. Ведь проходит время, ушли из жизни очевидцы тех лет. С другой стороны ещё живут рядом с нами люди, деды и прадеды которых были по разные линии борьбы. Они ещё помнят, что означали такие словосочетания как «кулацкое отродье», «колчаковские недобитки», «коммунарское семя» и т. д. «И комиссары в пыльных шлемах склонятся молча надо мной», - пели мы вслед за Б. Окуджавой ещё недавно. Сегодня уже не поём. Сегодня наше отношение к революции и гражданской войне не столь однозначное, каким было. Герои того времени запечатлены нашей литературой во всём многообразии и сложности. Своё место в ней заняли и голоса Д. Фурманова, Ю. Либединского, И. Катаева. Много живых воспоминаний есть и в подшивках районной газеты «Сельская новь» за 60-70-е годы прошлого века. В их судьбах нашли своё отражение наша общая судьба, история народа. Без прошлого нет будущего.

… Круговорот современных политических событий, желание некоторых мировых держав переписать историю приводят к тому, что падает уровень духовной культуры общества и подрастающего поколения в частности, пересматривается система ценностей и приоритетов, снижается интерес к историческим событиям. Знание истории своей малой родины, её героических страниц, так и трагических, когда «брат шёл на брата» - одна из возможностей поднятия чувства патриотизма. Думаю, что надо обязательно знать и помнить о тех событиях, чтобы не повторять ошибок прошлого.

Комментарии

Все новости рубрики Ветераны